Вопрос, конечно, относится не к тому, что было бы, если бы российская революция потерпела поражение.
Вопрос, конечно, относится не к тому, что было бы, если бы российская революция потерпела поражение.
Вопрос, конечно, относится не к тому, что было бы, если бы российская революция потерпела поражение.